Хотите посмотреть систему изнутри и понять, насколько она применима для ваших задач?
С удовольствием проведем демонстрацию
 
Трафик падает, маржа сжимается - картина, знакомая почти каждой сети. Стандартный ответ на нее - снизить цену вслед за конкурентом. Ход кажется логичным, но на деле ведет в тупик.

За шесть лет мы в Imprice сделали больше пятидесяти проектов по ценообразованию - от локальной розницы, конкурирующей с федералами, до крупных сетей с сотнями точек в России и СНГ.
В этой статье на опыте рынка рассказываем, почему «цена под конкурента» сегодня не работает и какие подходы приходят на смену этой модели.

Ценовая конкуренция в ритейле: гонка, в которой не выигрывает никто

Примечание
Данная статья была опубликована на сайте РБК.
Оригинальная версия доступна по ССЫЛКЕ

Тройное давление

На ритейл сегодня давят три силы одновременно.

Отток трафика: покупатель уходит в федеральные сети, к дискаунтерам и на маркетплейсы.
Давление на маржу с двух сторон. Снизу растут закуп, логистика, ФОТ и налоги. Сверху покупатель не готов платить больше.
Низкая рентабельность как фон. В среднем по индустрии чистая прибыль держится на уровне 1-2% от выручки. В такой экономике лишнее снижение цены бьет прямо по прибыли.

И в этот момент к коммерческому блоку приходит собственник с одним вопросом: «Что делаем с маржой и трафиком?»

Под стратегиями подразумевается автоматическая корректировка итоговой цены в карточке по заданным правилам. Примеры доступных стратегий: контроль минимальной цены, удержание РРЦ, следование за конкурентами, автоматическое управление участием в акциях и другие.

В репрайсерах с юнит-экономикой расчет работает как фундамент - он дает минимальную цену под целевую маржу по каждому SKU, которую все ценовые стратегии используют как нижний ограничитель. Далее на примере репрайсера Imprice и юнит-экономики для Ozon разберем, как устроен именно этот вид сервисов.

Стандартный ответ - петля конкуренции

Категорийный менеджер видит, что у соседа молоко дешевле, и снижает свою цену. Сосед замечает это и снижает свою.

Снизить цену безопасно, такой шаг легко объяснить - «встали под конкурента». Поднять же цену рискованно: если продажи упадут, отвечать придется именно за это решение. Поэтому из трех вариантов - поднять, держать или опустить - менеджер почти никогда не выбирает первый.

У конкурента работает та же логика. Через год все опустили цены на шаг, расстановка осталась прежней, а маржа у всех стала ниже. Не выиграл никто. Это петля, и она постепенно затягивается.
Дальше - хуже. Когда маржа падает, у сети остается меньше денег на все, что окружает полку: на сервис, выкладку, оборудование, пополнение запасов. Полки пустеют, кассы работают медленнее, перегруженный персонал устает. Магазин становится хуже, трафик уходит еще быстрее, а давление на цены только растет. И это уже не просто падение маржи, а медленная деградация формата.

А что покупатель?

Теперь посмотрим на ту же ситуацию глазами покупателя. В среднем он держит в голове 10-20 позиций: яйца, молоко, хлеб, несколько любимых продуктов и брендов. Это ядро потребительской корзины, цены на него покупатель помнит и сравнивает. И если сеть здесь дороже рынка, она выглядит дорогой в целом. Но кроме цены ему важно все, что делает магазин удобным: наличие товара на полке, отсутствие очередей на кассе, чистота в зале, приветливый персонал. При равных ценах на ядро корзины он пойдет туда, где ему приятнее находиться.

Все остальное покупатель берет уже внутри магазина, который выбрал. Он не будет обходить все сети в округе, чтобы найти творог или лампочку на 10 рублей дешевле. Это честный обмен - за остальное он готов заплатить чуть больше, если получает выгодные цены на ядро корзины и удобный магазин рядом.
Большая часть ассортимента живет вне конкурентного поля, и ставить цены на такие товары по принципу «как у конкурента минус процент» - отдавать маржу. Те самые деньги на полку, персонал и кассы. Поэтому ценовая конкуренция - это не борьба за покупателя. Это общее падение маржи всех участников рынка.

Выход: осознанное и управляемое ценообразование

За фразой «встать под конкурента» обычно стоит формула «прайс-индекс минус процент-два». При этом никто не берется объяснить, почему минус, а не ровно столько же, и кто вообще решил, что именно эти товары должны стоять под рынок. Ответ, как правило, один - «так сложилось».

Пока рынок рос, это могло работать. Но в условиях падающей маржинальности требуется более тонкий подход к ценообразованию - поиск баланса между ценой, которую покупатель готов принять, и ценой, которую бизнес может удерживать, чтобы зарабатывать. По сути, это поиск оптимальной стратегии ценообразования для каждой роли товара. И в основе подхода лежат 4 блока.
1

Клиент и роль товара

У каждого товара в корзине своя роль и, чтобы ее понять, нужно смотреть не на конкурента, а на своего покупателя. KVI формируют ценовое восприятие магазина и напрямую влияют на трафик - то самое ядро корзины. BackBasket и LongTail - менее чувствительны к изменению цены. Задача сети - развести эти товары в ценообразовании.
Роль каждого SKU показывает чековая аналитика - как часто покупают товар и с какими позициями он попадает в одну корзину. Такой способ дает более высокую точность, чем ABC-анализ или экспертная оценка сети. Показательный пример из практики - пилот в гипермаркетах «Фрунзе». Кластеризация 20 000 SKU показала - около 25% из списка «топ-300» ключевых товаров настоящими KVI не были. Подстраивая их цены под конкурентов, сеть просто теряла валовую прибыль. И наоборот, около 75% реальных KVI не учитывались - эти позиции не сравнивали с рынком, и гипермаркеты выглядели дорогими ровно там, где покупатель считает разницу.

Сегментация ассортимента отвечает и на более глобальный вопрос, зачем к вам вообще ходят - за ценой, за ассортиментом, за удобством или просто по привычке. Мониторинг конкурентов такого ответа не даст.
2

Кластеры магазинов

Покупатель везде разный. Магазин у метро в Москве и магазин на трассе - это разные люди, разный чек и корзина. Один и тот же товар в одном месте приводит трафик, в другом приносит маржу.
Простой пример - протеиновые батончики. В магазине рядом с фитнес-центром покупатель знает им цену и сравнивает с интернет-магазинами. В спальном районе тот же батончик берут реже и цену не отслеживают. Один SKU - два разных сценария покупки, и цены в них не должны быть одинаковыми.

Магазины разбиваются на кластеры по локации, формату, чеку и поведению покупателей. Внутри каждого кластера - свой покупатель, роли SKU, а, следовательно, и своя ценовая политика. Доводить кластеризацию до отдельного прайса на каждый магазин не нужно: 5-10 кластеров дают основную часть эффекта, а дальнейшее дробление лишь увеличивает объем пересчетов при почти том же результате. Переход от единой матрицы наценок к кластерной сам по себе добавляет несколько процентов валовой прибыли по всей сети.
3

Оптимальные цены на весь ассортимент,
а не только на KVI

Часто в сети 200-500 ключевых товаров ставит специалист, а все остальное идет по стандартной наценке от закупа, заданной раз и навсегда. Опытный категорийщик знает свой ассортимент и ставит цены на KVI близко к оптимальным. Проблема в масштабе: когда в матрице десятки тысяч SKU, руками весь ассортимент не покрыть. И 90% товаров из «длинного хвоста» ценообразуются по остаточному принципу - те самые тысячи SKU, которые живут вне конкурентного поля. Именно здесь лежит самая недооцененная маржа.


Зону безопасного роста показывает эластичность спроса. Но важная деталь: спрос меняется не плавно, а ступенчато. Есть коридоры, где покупатель разницу в цене не замечает, и есть пороги, за которыми продажи падают. Усредненная формула эластичности эти ступени сглаживает, тогда как резерв маржи скрыт именно внутри них. Поэтому анализируем не точечный коэффициент, а кривую эластичности на конкретных ценовых отрезках.
Кривая эластичности спроса - творог
Кривая эластичности спроса на творог, скрин из системы Imprice
Простой пример - творог за 189 рублей. В диапазоне от 189 до 194 рублей продажи в штуках не меняются, покупатель разницы не замечает. Повышение до 194 добавляет 2,5% маржинальности, а при базовой марже 20% это +13% валовой прибыли по позиции.
Кривая эластичности спроса - Пульмикорт
Кривая эластичности спроса Пульмикорт, скрин из системы Imprice
Еще пример, теперь из аптеки. Конкуренты стоят по 772, 797 и 843 рубля. Встать по 772 - получить свои продажи. Встать по 797 - получить ровно те же продажи в штуках плюс 25 рублей с каждой упаковки. Для аптеки это +3% маржинальности и +16% валовой прибыли на товаре при марже 20%. А вот после 830 продажи падают вдвое - покупатель выбирает не самую низкую цену, а любую в приемлемом для него коридоре.

Какой результат это дает в конкретных цифрах, хорошо видно на примере «Зеленого Острова» - сети товаров для дома с ассортиментом более 50 тысяч SKU. Команда прицельно уделяла внимание ходовым позициям, но на ценообразование всего многотысячного ассортимента попросту не хватало рук. Для поиска оптимальных цен подключили ML-алгоритмы. За два месяца эксперимента валовая прибыль в тестовых магазинах выросла на 20% и 28% относительно контрольных, переоцененными оказались более 15 тысяч SKU - и основной рост дал именно длинный хвост.
4

Эксперименты и приоритеты

Спрос, ассортимент и рынок меняются ежедневно, поэтому оптимальная цена - это не разовый расчет, а постоянный эксперимент. Внутри диапазона такая точка есть всегда, но искать ее необходимо по каждому товару в каждом кластере. Эту задачу успешно решают алгоритмы динамического ценообразования, которые сегодня широко применяются в российском ритейле.
Как это выглядит на живом примере - молоко в сети «Айгуль» из Якутии. Товар KVI, годами стоял ниже рынка.
Молоко, сеть «Айгуль» - динамика изменения цены и продаж в штуках
Правила для Молоко, сеть Айгуль, динамика изменения цены и продаж , скрин из системы Imprice
Первый месяц эксперимента алгоритм исследовал чувствительность спроса с небольшим понижением, а далее планомерно повышал цену с отслеживанием продаж в штуках. Как только продажи шли на спад, цена снижалась до оптимального уровня. В конечном итоге алгоритм стремился прийти не к завышенной, а к справедливой цене - при которой покупатели сохраняют лояльность к сети, а бизнес остается прибыльным.

Итог: цена выросла на 13%, валовая прибыль по позиции на 67% к медиане, продажи в штуках сохранили положительную динамику. В контрольном магазине, где цена не менялась, прибыль росла вдвое медленнее.
Молоко, сеть «Айгуль» - динамика валовой прибыли
Молоко, сеть Айгуль, динамика валовой прибыли, скрин из системы Imprice
Казалось бы, вывод контринтуитивный: подняли цену на KVI, а покупатель не ушел. Но рост лишь вернул товар в рынок - на ценовом восприятии магазина это не отразилось. Низкая цена не приносила трафик, она просто отдавала маржу.

В офлайн-торговле у ценовых экспериментов есть операционный предел. Персонал успевает поменять лишь ограниченное число ценников в день. Поэтому нужны приоритеты - из всех возможных изменений берем в переоценку то, что потенциально даст наибольший эффект сегодня. Дальше продуктовый цикл: гипотеза, тест на части магазинов, замер, масштабирование.

И пара слов об алгоритмах. Они не заменяют категорийщика, а снимают с него рутину: чистку данных, расчет эластичности по каждому SKU, отслеживание изменений, ценовые эксперименты, контроль каннибализации. А у коммерческого блока освобождается время на действительно сложные решения.

Что дает подход: кейс «Айгуль»

Пример с молоком - механика на одном товаре. Теперь тот же подход в масштабе всей сети «Айгуль». Региональный лидер Якутии с 1993 года, 30+ магазинов в Якутске, Нерюнгри и Алдане. За последние годы конкуренция на рынке заметно усилилась. В 2024 году в регион зашли «Пятерочка» и «Бристоль», а в 2026 появились первые магазины «Магнита». Главная задача в таких условиях - сохранить своего покупателя без потери маржинальности. Сеть прошла полный цикл: сегментация ассортимента на товарные роли, аналитика продаж по каждому региону, ценовые эксперименты на базе ML-алгоритмов и ежедневные приоритеты изменений.
Результаты пилота - сравнение тестовых магазинов с контрольными парами (в которых цены рассчитывались по старой схеме) относительно исторической медианы:
  • Алдан: валовая прибыль +9,8%, выручка +8,6%, количество чеков +2,7%.
  • Нерюнгри: валовая прибыль +10,6%, выручка +9,8% при сохранении динамики чеков.
Динамика валовой прибыли в пилотном проекте, сеть “Айгуль"
Динамика валовой прибыли в пилотном проекте Imprice, сеть Айгуль"
На сегодняшний день этот подход применяется в десятках российских сетей от 30 до 600+ магазинов: фуд-ритейл, DIY, фарма, дрогери, дискаунтеры, регулируемые рынки. Отрасли и масштабы разные - методология одна. Подробнее об опыте рынка и конкретных результатах.

Три вывода

1. Ценовая конкуренция - не стратегия. Это общее падение маржи, а дальше деградация формата.
3.Выход не в том, чтобы быстрее реагировать на конкурента, а в пересборке ценообразования: клиент и роли товаров, кластеры, длинный хвост, эксперименты и приоритеты.
2. Большая часть ассортимента живет вне конкурентного поля. Покупателю важно видеть выгодные цены на ядро корзины, а остальное он выбирает в приемлемом для него коридоре.
Сегодня ценообразование остается самым мощным операционным рычагом роста чистой прибыли. Но ставя цены «под рынок», вы отдаете этот рычаг конкурентам - а в их ценах нет ни вашей экономики, ни вашего покупателя.

У сети всегда есть своя дополнительная ценность - локация, доверие, консультация, привычка брать именно здесь. И покупатели готовы за это платить. Осознанное ценообразование помогает понять, где проходит граница этой ценности, и возвращает вам возможность управлять маржинальностью по каждому SKU. И первый шаг здесь прост: посмотреть, на скольких товарах цена стоит так, как стоит, просто потому что «так сложилось».
Хотите понять, какой потенциал прибыли скрыт в вашем ассортименте?
Кейсы и статьи по теме

В НАШЕМ ТЕЛЕГРАМ-КАНАЛЕ

эксперты Imprice о внутренней кухне ценообразования

Разбираем проверенные практики, делимся опытом и рассказываем, как устроены управляемые процессы изнутри.

Скопировано